Что делать, если покаялся, исповедался, а грех не отпускает? 

Бывает, человек исповедовал грех, полностью отошел от него, но забыть совершенное не может: мучается год, два, десять лет… Человеку важно каяться именно на исповеди, хотя само по себе покаяние моментом исповеди не ограничивается.

Покаяние – перемена ума, перемена жизни. Тем не менее в таинстве исповеди есть то, что действительно поможет преодолеть грех. То есть не просто Бог простит нам этот грех – Он нас всегда прощает, потому, что любит нас. На исповеди человек получает именно возможность лечения.

Представьте, человек сильно болен, а врач ему говорит: «Я тебя прощаю, за то, что ты болеешь». А болезнь-то никуда не денется. Так вот – в таинстве исповеди есть то, что болезнь излечивает. Здесь не нужно обольщаться: «Вот приду на исповедь, покаюсь и на следующий день проснусь другим». Важно понимать, насколько природа человека поражена грехом. Нужно быть реалистами, набраться терпения и трезвости. Нужно понимать, что с нашей природой можно бороться всю жизнь.

Великие святые подвижники, преподобные в конце жизни плакали и говорили: «Ох, скоро представать перед Богом, а я еще не начинал каяться». Подвижнику возражали: «Как же так, ты же святую жизнь вел, ты ведь святой?!» Вопрошающие не понимали, что чем ближе к источнику Света, к Богу, тем виднее на себе грязь и пятна. А когда человек сидит в полумраке, в темноте и думает, что он чистый, ему стоит попытаться подойти поближе ко Христу и увидеть, сколько на нем всякого.

Конечно, святые были и остаются святыми, но, будучи уже близко от Христа, они замечали самую малость, от которой страдали и каялись. Вспомните сказку Андерсена «Принцесса на горошине»: принцессе под множество перин положили маленькую горошину, и она всю ночь не сомкнула глаз из-за неудобства. Другая женщина, более грубой конституции, скотница, например, заснула бы крепко, даже если ей под матрас машину кирпичей положить.

Важно, что в таинстве исповеди есть все, чтобы исцелить человека не только от греха, но и от последствий греха. При каждой болезни, скажем, требующей оперативного вмешательства, важно не только провести операцию, но и грамотно организовать восстановительный период после.

Таинство содержит врачевство, помогающее преодолеть грех, в котором мы покаялись, чтобы он перестал нас грызть, как реальная вина, чтобы он стал творческим заданием на нашу последующую жизнь, уроком, наказом.

Забыть грех мы не сможем, но мы будем помнить его не как вечную вину, нас грызущую, а просто как пример, чтобы в следующий раз поступать по-другому. Память о грехе будет для нас рабочим инструментом, который мы применим к строению нашей будущей жизни.

Второй момент: почему мы часто мучаемся от того, что вроде бы покаялись в грехе, а простить его себе не можем. Речь о нашем маловерии.

Часто вспоминаю замечательный эпизод из жития преподобного Силуана Афонского в изложении отца Софрония (Сахарова), который был келейником старца Силуана. В то время, когда будущий старец был молодым человеком Семёном из Тамбовской губернии, в их деревне жил человек, который долгое время пробыл на каторге за то, что убил жену. После каторги он вернулся в деревню, жил спокойно, играл на гармошке, участвовал в празднествах. Однажды к нему подошел будущий старец Силуан и спросил: «Как же ты можешь вот так жить, радоваться, ведь ты совершил страшное дело». На что бывший каторжник ответил: «Пока эти годы я был на каторге, я много молился Богу. И Бог меня простил».

Важно не только то, что Бог прощает, важно уметь принять прощение. Что толку, если врач выпишет самое лучшее лекарство, если мы не приложим усилий, чтобы найти это лекарство, затем – чтобы принимать его правильно, по определенному графику! Наше маловерие, недоверие к таинству исповеди очень часто нам мешает. Знаю много случаев, когда человек приходит на исповедь, снова и снова кается в старых грехах. Чего мусолить одно и то же, то, в чем ты покаялся? «Не могу успокоиться, такая у меня тонкая чувствительная душа», – можно услышать от такого человека. Что, твоя тонкость превыше, чем вера в таинство Церкви? Господь простил, всё, успокойся, иди дальше. Пусть пережитый грех станет для тебя уроком, не больше.

Священник Сергий Круглов